Настольной книгой почти всех исследователей русской литературы и истории, культуры и теологии "бунташного" XVII века уже более столетия является замечательная монография Ильи Александровича Шляпкина, обладающая особенной ценностью прежде всего как фундаментальный свод источников, среди которых многие уже затерялись или даже пропали навсегда1. Как и во всяком большом научном труде, в данном случае изобилующем документами и фактическими сведениями по истории культуры сложной "переходной" эпохи, так и здесь, однако, довольно часто встречаются опечатки и ошибки прочтения, а иногда и просто ошибки, временами весьма неожиданные. Подобного рода недосмотр ученого и послужил непосредственным поводом для предлагаемой заметки.
Прослеживая историю создания "Летописа келейного", Илья Александрович приводит ответ св. Димитрия на один из советов Стефана Яворского, к которому, как известно, Святитель неоднократно обращался с просьбами критического рассмотрения посылаемых рукописей. В январе 1708 г. он писал своему другу: "Благодарствую Святительству Вашему о замеченных двух [Подлинник: нанотованных двох] вещах, о невоздержании Хамовом и о Ханаане сыне его, и мне приходило тоже, что [Подлинник: то, же] супружество законное несть блуд. Однако вспомнил [Подлинник: Еднакже спомнилем] Товия молодого женитьбу [женитбу], где Ангел [Аггел] супружество невоздержное expresse называет блудом. Обаче лучше будет, когда о Хаме вместо блуд переменится невоздержание [Подлинник: як исправитъся о Хаме вместо блуда невоздержание]. А о Ханаан et in Cornelio прiискалося: Господина (sic!) не имамъ [Gospodarza niemam]. Написал [Подлинник: Написалем] Ханаана с нравоучением, посылаю преосвященству вашему, еще что исправити желал бы, если только Бог поможет [Подлинник: еще что исправляти желалбых, елико Бог поможет"] (С. 422). При этом И.А. Шляпкин пользуется изданием Сочинений св. Димитрия Ростовского (Т. V. С. 505). Сравнение с подлинником показало, что в этой выдержке переведены все украинизмы и полонизмы, а также местами изменен порядок слов. Особенно странным представляется обозначение в примечании, что приводимое письмо "исправлено по подл. рук. Синод. № 81", то есть по подлинному "Епистолару", составленному в Ростове (4 XII 1707 - 11 IX 1709) и находящемуся ныне в Государственном Историческом Музее среди других рукописей из библиотеки св. Димитрия.
Непосвященный в суть дела читатель вряд ли уразумеет, о каком таком "Господине" идет речь. А в подлиннике, по которому Илья Александрович якобы "исправил" текст, это место звучит намного яснее: "[...] А Ханаану et Cornelio приискалос, Gospodarza niemam. [...]" (ГИМ. Синод. собр. № 81. Л .7). Кроме труда очень популярного во времена Святителя Димитрия голландского экзегета, иезуита Корнелия Ляпиде (18 XII 1567 - 12 III 1637)2, упомянут здесь несомненно сборник проповедей на Господские праздники "Господин неба и земли Иисус Христос Сын Божий, Бог Воплощенный", написанный известным в Польше и за ее пределами краковским проповедником, уставным каноником лютеранским Яцеком Либериушем (1599 - 23 X 1673)3 и изданный дважды, в 1665 и 1669 гг.4 Ни эта книга, ни другие сочинения одного из мастеров старопольской барочной гомилетики не фигурируют в посмертной описи книг из библиотеки св. Димитрия Ростовского.
Однако даже на страницах "Летописа келейного" автор дважды обращается к этому сборнику Либериуша. Прежде всего, разумеется, есть цитата, непосредственно связанная с историей упомянутого в письме Ханаана, а точнее с истолкованием его проклятия Ноем: "Не без таинства же бысть и сие, яко в своем Ное от вина изтрезвлении, налагая клятву на отцеругателя Хама, в начале сына его, а своего внука Ханаана прокля, глаголя: проклят буди Ханаан, и прочая, [раб да будет братома своима. Быт., IХ.24-25. - Л.Я.] Кая же сего тайна, внемлем: сказуют Евреи, а от них и наши неции толкователи, яко Ханаан сын Хамов мал отрок сущи [:десятолетен:]. Той первое виде наготу деда своего Ноя, и возвести Хаму, отцу своему. Хам же шед, тоже виде и поругася. Того ради Ное, егда изтрезвися от вина и разумe бывшее, абие проклятию предаде Ханаана. Нам же разсуждати естъ, яко сего проклятиа Ханаану сотворися виновен Хам, отец его, иже сынови своему, обнажение Ноево сказующему, не запрети, не наказа, но и сам видети идe, аки похваляя малому отроку смысл того безумный; и за что отрок грознаго достоин бе наказания, он ему то премолча, и поблажи и глаголати о наготе отчей попусти невозбранно, и сам в сладость послуша, и тако сына своего и себе проклятию отчу подложи". Текстовая ссылка "сказуют Евреи, а от них и наши нецїи толкователи" в авторизованной рукописи уточняется в изъятой в изданиях маргинальной глоссе: "Hebraei et Theodoretus citati a Corn: [Cornelius] in hunc locum fol: 129.2.C. et Gospodarz fol: 625."5. Но у Либериуша во второй проповеди "Na Dzien Poswiacania Koscioіa" эпизод с Ханааном приведен с иной целью: исходя из слов Священного Писания ("Мaledictus Chanaan seruus seruorum erit fratribus suis. Przekiety Chanaan, bedzie sіuga sіug braci swoich. Gen. 9, [25-25]", он выводит, что появление слуг в человечестве произошло "z okazyey piianstwa у wina", по причине пьянства и вина, изобретенного св. праотцем Ноем: "Dopiero na tym mieyscu w pismie s. sіychac о sіugach, przedtym nie byі zaden seruus, wszystko Pankowie, wine z paniat vczyniіo nedzarze у sіugi". (S. 625). A на подтверждение своей правоты краковский проповедник обращается не к Феодориту или Корнелию, а к св. Амвросию Медиоланскому: "Vwazyі to Ambrozy s. S. Ambr. Iib. de Elia c. 5. Manebat anteguam vinum inueniretur, omnibus inconcussa libertas, nemo sciebat a consorte naturae suae obsequia seruitutis exigere. Non esset hodie seruitus, si ebrietas non fuisset. Trwaіa przed naleџieniem wina wszystkim nienaruszona wolnosc, nie vmiaі zaden od brata vczesztnika natury swoiey powinnosci sіugi wyciagac. Nie byіoby dџis niewoli у sіugi, gdyby pianstwa nie byіo". (C. 625). В данном случае оказывается, что Святитель Димитрий не знал истолкования Либериуша, а полностью доверился своему собрату во Христе и другу Стефану Яворскому, изложившему свой совет по памяти.
Но несомненно по проповеди Либериуша Святитель Димитрий Ростовский цитирует толкование св. Кирилла Иерусалимского (315 - 386), рассуждая о целомудрии, о чистоте телесной человека как создания Божьего, единосущного с Сыном Божьим: "Убо сопряжены есмы Ему, аки невеста жениху, не токмо в един Дух, но и в едино тело. Чесо ради и Святый Кирилл Иерусалимский глаголет: "съплотни и съкровни Христови [:въ Святомъ причащенїи:] бываемъ". Здe помыслом, не гневается ли жених, егда видит невесту свою прелюбодействующую? Подобне и Христос, не подвижется ли на гнев, видя того, его же сопряже Себе в един Дух, и в едину плоть, сквернящася нечистотами греховными, яко прелюбодействующа от Него, и не востанет ли на отмщение, по Псаломникову речению: Потребил еси всякаго любодеющаго от Тебе [Псал., LХХII, 27]?" В авторизованной рукописи из библиотеки Святителя напротив слов св. Кирилла читается также изъятая в изданиях собственноручная ссылка: "Citatus Сог: [Cornelius] in loann: 6. v.57. fol: 347. 2. А. Et Gospodarz. fol: 544." (Л.115)6. У Либериуша в первой проповеди "nа Dzien Bozego Ciaіa"7 тоже цитируется толкование св. Кирилла Иерусалимского, утверждающего, что после принятия Пресвятого Причастия "Con-corporei [et] consaguinei Christi, staiemy sie iednym ciatem, ledna krwia z Chrystusem Panem. Cyril. Hierosol. Catech. Мyst. 4." (C. 540).
Далее Либериуш приводит еще высказанное "rzetelnie", "честно" суждение св. Кирилла Александрийского († 444) из IV книги комментариев на Евангелие от св. Иоанна ("Lib. 4 in loan. сар.77"), но автору "Летописа келейного", возможно, здесь не подошел ярко выраженный аллегорический смысл этого толкования. Однако Святитель Димитрий использует его в "Поучении на Неделю Пятую Великого Поста", произнесенном, как гласит маргиналия в рукописи, в Москве [10 марта] 1706 г. ("Аnn:[о] 1706. Moschoviae")8. В прижизненной копии поучения ссылки на источники в большинстве случаев введены в текст: "[...] и святый Кирилл Иерусалимский citat[us] Cornel: in hunc Joanni locum. fol: 347. 2. A. et Gospodarz: глаголяй: мы во святом причащении бываем Христоносни, пачеже съплотни и съкровни Христови. А святый Александрийский Кирилл приводит сицевое подобие citatus Cornel: in ejusdem locum fol: 347.l.D. et Gospodarz. fol: 544. Якоже егда кто воск растаенный, в другий воск растаенный вливает, смешается в един воск, и по всему тойже и един воск бывает: тако аще кто тело и кровь Господню приемлет, с ним || сице соединяется, яко Христу в нем и ему во Христе обретатися. Слышиши ли толь великих учителей свидетелства, и самая неложная словеса Господня, о человече! и еще ли не имеши веры, ни корыстнаго приобретения от причащения чаши Господни познаваеши? Аще тем не имеши веры, то кому верити начнеши? Слышиже и еще вещь чудну: Есть некиих божественнаго писания испытателей вопрос: Jacek Liberiusz in libro suo vоcatо Gospodarz. fol: 552. почто Июда предая Господа нашего Июдеом, даде им знамение глаголя: Егоже аще лобжу, той есть, uмете его Матф: 26. v: 48.? [...] || [...] На то вопрошение от Златоустаго толкования домышляются тайны таковой: егда на последней вечере святии Апостоли от рук Христовых причастишася Тела и Крове Христовы: вси просветишася лицы своими, и быша яко лице Христово, и на коеголибо Апостола Июда воззре, виде лице того красотою и благодатию подобно лицу Христову. Сице о них глаголет Златоуст святый: citatus Gospodarz loco que supra Habebant CHristiferas facies post Communionem. [S.] Chrysost: Hom: 45. in Joan: имеяху христоносныи лица по причащении. || Помыслил ибо в себе Июда: требе будет слугам Каиафовым дать знамение, по коем бы познали Христа, ибо не познавши им Того, опасно есть, да некако вместо Его uмут инаго. И того ради, егда прием от архиереи слуг спиру, роту, даде им знамение: Егоже аще лобжу, той есть" (Лл.41 об.-42 об.). Все цитаты из трудов святых Отцов Церкви читаются в проповеди Либериуша и дословно переведены Святителем Димитрием Ростовским. В неопубликованной рукописи разных выписок и заметок, начатой в Ростове в феврале 1708 г. и озаглавленной "Notata per Alphabetum", есть копия этого отрывка "о Naswie
Итак, ни одного из двух изданий проповедей на Господские праздники у Митрополита Димитрия не было. Быть может, он сумел получить сборник Либериуша хотя бы в библиотеке Московского Печатного Двора, с сотрудниками которого состоял в постоянных "листовных" контактах... Может, даже он воспользовался уцелевшим и до сегодняшнего дня экземпляром из собрания Сильвестра Медведева...
Но скорее всего среди его рукописей должны были быть выписки из проповедей Либериуша. Еще одна такая выписка сохранилась в принадлежавшем св. Димитрию старопечатном "Прологе" на второе полугодие, где в качестве прибавления к "Житию св. Апостола Матфея" (9 VIII) вклеена небольшая рукопись на польском языке, на одной странице in folio (19,3 х 30,9 см), выполненная красивым латинским курсивом и озаглавленная: "Gospodarz w kazaniu trzecim na nowe lato fol: 75: о S: Macieiu Apostole." Нач.: "Francior. Zolnierze iedni obieraiac sobie za Patrony Swietych Bozych, pisali na pewnych kartkach imiona swiete, у iako kto trafi, brali z iedney kupy. Niektoremu z nich trafiі sie Maciey Swiety, [...]." Конец: "Wiedzze iz kazdy z sіug
Представленные материалы заставляют обратиться попутно к вопросу датировки "Поучения на Неделю Пятую Великого Поста", в приписках к которому отмечена дата произнесения "казания", но написано оно должно было быть не ранее февраля 1708 г., когда начата была рукопись "Notata per Alphabetum", содержащая соответствующую выписку из проповеди Яцека Либериуша.
Далее, следует напомнить, что в письме Стефана Яворского от 19 декабря 1707 г., на которое отвечал Святитель Димитрий в январе 1708 г., нет ни слова об "отроке" Ханаане. Исключая возможность существования еще одного, неизвестного письма, надо полагать, что "нижайший Cтioпкa грешник" нанес свои замечания непосредственно в рукописи "Летописа келейного", экземпляр которой пока не обнаружен. Но содержание проповеди Либериуша, трактующей историю Ханаана в ином плане, св. Димитрию известно не было. В этом месте "Летописа келейного" он воспользовался трудом Корнелия Ляпиде, а ссылка на сборник Либериуша, должно быть, была скопирована с приписки Стефана Яворского.
И в конце концов, представленные материалы свидетельствуют, что наряду с Петром Скаргой10, Фомой Млодзяновским11, Франциском Рыхловским и другими старопольскими писателями известную долю влияния на литературно-богословское творчество св. Димитрия Ростовского, крупнейшего классика российской религиозной литературы конца XVII - начала XVIII вв. оказал и Яцек Либериуш из Казимежа под Краковом. Такова очередная, далеко еще не последняя страница истории того огромного наследства, которое Россия восприняла из Польши в то самое сложное время, когда "русская культура, мучительно расставаясь со средневековыми идеалами, сначала робко и неуверенно, затем все более решительно вставала на путь европеизации"12.