В предыдущей публикации рассказано о «Записках о погоде» купца Михаила Ивановича Морокуева, хранящихся в фонде «Собрание А. А. Титова» Российской национальной библиотеки. В данном сообщении перелистаем «Книшку температуры 1848 и 1849 годов» (ил. 1). Автор рукописи – купец, попечитель и эконом Титовской богадельни, староста церкви Леонтия на Заровье (ил. 2) Николай Андреевич Мальгин (ил. 3).
В начале «Книшки» на 30 листах помещена таблица с показателями температуры наружного воздуха за период с ноября 1848 по декабрь 1849 г. (ил. 4). Это пока первые выявленные нами регулярные приборные записи в городе Ростове, которые велись дважды в течение суток, в первой и второй половине дня (например, «поутру», «в ранней или поздней обедне» и «после ужина»). Измерения проводились, как пишет автор, «верным термометром», который был куплен в Москве.
За таблицей следовали дневниковые записи, заканчивающиеся 1860 годом и содержавшие в числе прочего описание необычных и опасных климатических явлений (бурь, гроз, аномальных снегопадов и высоких половодий). Так, 3 декабря (15 декабря по н.с.) 1850 года был слышен гром, и причина звуков не была установлена: «у Хлебникова сказывали плотники, по вечеру был гром, который прогремел трижды. Это явление довольно редкое в такое время года, впрочем, я его сам не слыхал». В ночь на «10 июля 1851 г. в Спас-Графской слободе громовая молния ударила в церковь и сделала несколько повреждений, вторым ударом зажгла дом священника».
По сообщению «Ярославских губернских ведомостей», жители города были напуганы летними грозами 1851 года. 9 июля молния сверкала беспрестанно, громовые удары были подобны «разрыву каменных гор, чувствуемо было потрясение домов, и визжали стекла в окнах». При ударе молнии в Спасскую церковь из трибуны большой главы упали клеймо лепной работы и один из подсвечников, а причетников отбросило в разные стороны. Снаружи здание храма было повреждено в четырех местах, сгорел дом священника. 10 июля под проливным дождем от сильных ударов грома в ростовских церквях дребезжали стекла и сотрясалась земля под ногами. 14 июля пошел ливень с градом, сильный ветер повредил железные крыши и заборы многих домов, в окрестностях города разметал стога сена и повалил горох. В этот же день была снесена деревянная крыша с Архиерейского дома, о чем сообщается в «Книге для записок о случившихся достопамятностях в Петровском монастыре».
По наблюдениям Н. А. Мальгина, удивительной оказалась весна 1852 года. «С 1 апреля (13 апреля по н.с.) пошел снег, и был небольшой мороз, который препятствовал таянию снега. В этом оцепенении природа находилась до 30 апреля (12 мая по н.с.), и была чудесна своей суровостью. В начале апреля ездили на санях. Ещё 2 мая (14 мая по н.с.) ходили пешеходы по озеру. Но май начался сильным теплом». 11 мая (23 мая по н.с.) 1852 г. озеро совершенно очистилось от зимнего льда.
В 1849 и 1853 годах наблюдалось высокое половодье. В ночи с 13 на 14 апреля (25–26 апреля по н.с.) 1849 года затопило ростовскую Подозерку. «На свечном заводском дворе, который принадлежит к дому Андрея Абрамовича Чигова (?) или ныне его наследникам, можно было плавать на лодках, по самые садовые ворота». 1 мая (13 мая по н.с.) 1849 года озеро очистилось ото льда. А в 1853 г. «лёд носило от берега к берегу, 18 апреля (30 апреля по н.с.) принесло его к Ростовскому берегу, где попортило немало домов подозерских жителей: каменный дом Скатерникова, а у каменного кабака выломило южную и восточную стены. Вода … была, как кажется, подобною, … как в 1849 г. Вода подходила за Московской заставой до самой шоссейной дороги. 23 апреля 1853 г. (5 мая по н.с.) озеро очистилось ото льда».
Зима 1854–1855 годов в Ростове была очень снежной, как пишет автор дневника, «просто редкость… Снега в продолжение всей зимы наскучили домовладельцам. 3 февраля пошел сильный снег и произвел сильную метелицу. Дороги были переметены донельзя, в субботу шел снег, а дорога не указана..Снега были высоки по сторонам, что заслоняли собою окна многих довольно не низких домов. Таковых снежных зим я не помню. Старики говорят, что около 50 лет была снеговата зима, но все-таки не такова, как нынешняя».
Об этой же снежной зиме писал и другой ростовский купец, Николай Федорович Земский:
«5 февраля. Прошла только одна ночь… Многие дома совершенно засыпаны снегом, в некоторых местах от большой массы снега обрушились крыши, по дорогам города не пройти не проехать…
6 февраля. С большим трудом прокладывается дорога, и то только главными улицами…Трудна будет доставка товаров на ярмарку!
11 февраля. Весь понедельник и вторник жители Ростова очищали дома от сугробов снега… Город буквально завален снегом! В городе образовались ухабы в сажень глубиной (2,13 м).
15 февраля. На ярмарку хозяева товаров приехали, товары за плохими дорогами еще не бывали…служители мытного двора ездили на лыжах» (Выдержки из дневника опубликованы в «Ярославских губернских ведомостях» за 12.03.1855).
Среди необычных атмосферных оптических явлений 16 декабря (31 декабря по н.с.) 1849 года было отмечено гало: на небе по сторонам от солнца наблюдались 2 столба, которые вверху сходились вместе и «составляли полукружие в Ростове называемое «ушами».
Ценность метеорологических и фенологических записей в XIX в. в рукописях собрания А. А. Титова несомненна. В них зафиксированы данные не только первых регулярных приборных наблюдений за температурой воздуха в городе Ростове, но и другие метеорологические элементы (осадки, сила и направление ветра), экстремальные атмосферные и гидрологические явления, сроки сельскохозяйственных работ, время ледостава и вскрытия водоёмов, прилета птиц, количество дичи и рыбы, появление насекомых-вредителей растений.
Список иллюстраций:
Ил. 1. Обложка «Книшки температуры 1848–1849 годов». Из коллекции РНБ
Ил. 2. Мальгин Д.И. Вид на церковь Леонтия на Заровье ул. Коммунаров. Из коллекции ГМЗРК (ФТ-316/9)
Ил. 3. Овчаренко Е.М., Булгак Г.И. Николай Андреевич Мальгин. 1878 г. Из коллекции ГМЗРК (ФТ-1079)
Ил. 4. Страница с таблицей наблюдений за температурой воздуха с 3 ноября 1848 г. в городе Ростове. Из коллекции РНБ
